Проект «Рязань - Родной город»|Пятница, Февраль 23, 2018|06:51
Вы здесь: Главная » новости » Педагогика Любви. Почему первый учитель должен обладать чувством юмора
  • Подпишись!

Педагогика Любви. Почему первый учитель должен обладать чувством юмора 

00

Мы знакомы очень давно. Точное количество лет определить просто.

Когда совсем молоденькая пионервожатая Люба пришла в нашу сорок пятую школу, мы учились в девятом классе и на дворе был 1976 год. Сегодня учитель начальных классов рязанской школы №45 Любовь Александровна Панкина старается честно ответить на мои вопросы по поводу жизни школьного учителя. 37 лет в одной школе. Да еще с самыми младшими. Есть от чего разгореться журналистскому любопытству в преддверии Дня учителя.

Семейные радости

- Любовь Александровна, принято считать, что у школьного учителя обычно не складывается личная жизнь…

- Не знаю… Думаю, что здесь очень много зависит от самых разных обстоятельств. Вот у меня, например, прекрасная семья. Муж, двое детей – сын и дочка. Хотя, действительно, бывает по-разному. Но, все-таки, дело тут, наверное, не в профессии.

- То есть муж и дети давно смирились с тем, что их мама приходит домой совершенно без сил, а немного придя в себя, садится за проверку тетрадей?

- Сил после уроков, действительно, остается немного. Иногда, после интенсивного общения с моими любимыми учениками, очень хочется пару часов провести в полной тишине. Но не все так уж трагично.  Хватает времени и на семейные радости. Сын окончил академию ФСБ, сейчас подполковник. Дочка пошла по моим стопам – окончила филфак РГУ. Вот, решила попробовать свои силы на педагогическом поприще. Учитель начальных классов в 69 школе. Она только делает первые шаги и пока не все еще получается. Но школа очень хорошая, отличный коллектив и, думаю, все у нее образуется.

- И не жалко девочку?

- А почему я должна ее жалеть? Я считаю, что наша профессия — самая лучшая на свете. Проблемы и трудности есть в любом деле, но где вы еще найдете такое количество любви?

На зависть спецназу

Мне уже приходилось писать об учителях. Так что на собственном опыте знаю, насколько это непросто. Всерьез говорить об этой профессии, анализировать «болевые точки» российского учителя, пытаться по «гамбургскому счету» разобраться в истоках педагогического призвания? Не думаю, что для большинства читателей это будет интересно. Куда проще припомнить парочку слезливых историй, подпустить медоточивой патоки комплиментов (естественно, вполне заслуженных), и таким образом отметиться очередной статьей на школьную тему. И это притом, что данная профессия, без всякого преувеличения, требует столько стойкости и мужества, что любой спецназовец может только позавидовать. Нет, правда. Всем кто проработал школьным учителем более десяти лет, выстоял в «лихие девяностые», пережил многочисленные образовательные реформы, всем без исключения я бы давал, если не Звезду Героя, то Орден Мужества, совершенно точно.

С Любовью Александровной Панкиной мы беседуем в ее родной школе. И в моей тоже. Господи, как давно это было… В другом веке, в другой стране с гордым названием СССР. Первое сентября 1967 года. Начищенная медь духового оркестра с прославленного завода «Красное знамя». Накрахмаленные банты и кружевные фартучки. Трогательные чубчики на стриженных мальчишеских головах. Астры и хризантемы в детских сжатых кулачках. Валентина Александровна Нечаева. Первая учительница 1-го «Д». Наша первая учительница. Не было на ее уроках методических открытий. Да и не стремилась Валентина Александровна к педагогическим новшествам. Скорее всего, и не задумывалась о них. Просто теплота и любовь, исходящая от нашей первой учительницы, сама по себе была лучшим уроком. И, казалось, что мы там могли понимать в свои неполные десять лет? А вот, поди ж ты, – сколько лет прошло, а держится наш первый «Д», не забывает перезваниваться и встречаться.

Риторический вопрос

- Любовь Александровна, сколько классов вы учили делать первые шаги?

- Всего у меня было десять выпусков.

- То есть сегодня первые ученики приводят к вам в класс своих внуков?

- Ну, до внуков пока еще дело не дошло, а детей моих учеников я учу уже давно.

- Какой-то класс вспоминается больше всего?

- Да. Они в этом году как раз оканчивают школу. А пришли ко мне в 2002 году. Вообще, каждый класс вспоминается чем-то своим, и дорог по-своему. Но с этим у нас сложилось особое взаимопонимание. И не только с детьми, но и с родителями.

- А это так важно?

- Безусловно. Учитель, конечно, многое определяет, но без взаимопонимания с родителями очень трудно добиться хороших результатов. Особенно сегодня.

- За 37 лет так много изменилось?

- Жизнь стала совершенно другая. Страна другая. Ну и, конечно, дети другие. Они ведь чувствительней любого прибора откликаются на любые, самые незначительные колебания в нашем взрослом мире.

- Изменения хоть к лучшему?

- Об этом трудно судить сегодня. Но вот что я могу сказать совершенно точно. Раньше у меня в классе было 42 ученика, и, как минимум на 11 я могла совершенно точно рассчитывать. То есть эти дети имели стабильные результаты. Сегодня очень трудно говорить о стабильности. Поток информации настолько интенсивен, что даже самые способные и трудолюбивые ученики могут иногда повести себя непредсказуемо. Кроме того, сегодня в нашей жизни существует такой мощный фактор, как компьютер, Интернет. Как сделать так, чтобы он работал на пользу образования и воспитания? Вопрос пока еще остается риторическим.

Спасительное чувство юмора

Во время нашего разговора меня не покидала не слишком оригинальная мысль о том, что имя Любовь как нельзя лучше подходит для учителя начальных классов. Только это всепобеждающее чувство способно помочь найти те единственно возможные ответы для маленьких людей, делающих свои первые шаги в нашем жестком и порой жестоком мире. И это вовсе не значит, что первый учитель должен быть этаким добрячком, постоянно утирающим слезки и гладящим по головке. Наоборот, возможно, методика любви и доброты, прежде всего, состоит в том, чтобы эти «человеки» постигали главное: путь к цели, путь к истине не бывает легок и прост.

- Любовь Александровна, как вы с ними разговариваете?

- С юмором. Чувство юмора выручает в самых сложных обстоятельствах. Нет, правда, дети очень хорошо чувствуют все оттенки твоей интонации. И если всерьез начинаешь на них сердиться, то в ответ получаешь адекватную реакцию. А юмор всегда смягчает замечание и в тоже время делает его понятнее.

- И что – никогда не ругаете учеников?

- Конечно, ругаю. И даже голос повышаю иногда. Но всегда нахожу повод и возможность за что-то похвалить. Уверена, что человека нельзя загонять в угол постоянными замечаниями. Тем более ребенка.

- Неужели за 37 лет не устали?

- Устаю, конечно. Бывает, очень сильно устаю. Но наутро приходишь в класс, видишь эти глаза, и силы восстанавливаются сами собой.

- Положа руку на сердце, если бы была возможность вернуться назад…

- Все бы оставила без изменений. Я счастливый человек – столько лет занимаюсь любимым делом и имею возможность видеть результаты своего труда.

 

Разговор «за жизнь» вел Михаил Колкер


Читайте также:

Добавить комментарий


Яндекс.Метрика
russian marriage homepage counter счетчик сайта